Security Council Resolution 1874 on Non-proliferation - Democratic People's Republic of Korea (June 12, 2009)

Click here for document (approximately 6 pages)

The United Nations Security Council expressed its “gravest concern” at North Korea's nuclear test conducted on May 25, 2009, in violation of resolution 1718 (2006). The Security Council also noted that this activity created a new “challenge . . . to the Treaty on Non-Proliferation of Nuclear Weapons . . . and to international efforts aimed at strengthening the global regime of non-proliferation.”

Furthermore, North Korea's defiance posed a clear danger “to peace and stability in the region and beyond.” As a result, acting pursuant to Chapter VII, Article 41 of the United Nations Charter, the Security Council demanded that North Korea cease:

1) “any further nuclear test or any launch using ballistic missile technology”,

2) “suspend all activities related to its ballistic missile programme and in this context re-establish its pre-existing commitments to a moratorium on missile launches”,

3) “immediately comply fully with its obligations under relevant Security Council resolutions”,

4) “immediately retract its announcement of withdrawal from the NPT”, and

5) “return at an early date to the NPT and International Atomic Energy Agency (IAEA) safeguards.”

The unanimous imposition of further sanctions against North Korea, which included the authorization to inspect North Korean vessels, is meant to freeze military development in the country.

Interpretive Guidance on the Notion of Direct Participation in Hostilities under International Humanitarian Law (ICRC, June 2009)

Click here for document (approximately 94 pages)

The International Committee of the Red Cross (ICRC) issued an interpretative guide on the issues surrounding direct participation in hostilities under international humanitarian law (IHL).

According to the introduction, “[t]he purpose of the Interpretive Guidance is to provide recommendations concerning the interpretation of international humanitarian law (IHL) as far as it relates to the notion of direct participation in hostilities.”

As such, the Guidance is not meant to replace rules already in place, but instead “reflect the ICRC's institutional position as to how existing IHL should be interpreted in light of the circumstances prevailing in contemporary armed conflicts.”

Part 1 of the Guidance enumerates the ICRC's recommendations on the issue of direct participation in hostilities, and Part 2 provides a detailed discussion on each of the recommendations. According to the guidelines, the transformation and modernization of warfare has led to “confusion and uncertainty as to the distinction between legitimate military targets and persons protected against direct attacks.”

As a result, there is a need to clarify three questions under IHL applicable in both international and non-international armed conflict:

Who is considered a civilian for the purposes of the principle of distinction?
What conduct amounts to direct participation in hostilities?
What modalities govern the loss of protection against direct attack?

The Guidance concludes that “IHL neither prohibits nor privileges civilian direct participation in hostilities.” In other words, once civilians discontinue their participation in hostilities or stop being members of an organized armed group, “they regain full civilian protection against direct attack.” On the other hand, “in the absence of combatant privilege, they are not exempted from prosecution under national criminal law for acts committed during their direct participation or membership.” Finally, civilians who directly participate in hostilities must abide by IHL rules and may be liable for war crimes and other types of international criminal law violations.

Do the Geneva Conventions still stand up?

DAKAR, 23 June 2009 (IRIN) - One hundred fifty years ago the battle of Solferino left 40,000 soldiers and civilians either wounded or killed. With too few doctors on hand, Swiss civilian Henry Dunant helped villagers care for the victims. Underscoring the direct and dire impact of war on civilians, his experience led him to found the International Red Cross Movement, which celebrates its anniversary on 24 June. The Red Cross Movement initiated a convention to establish the laws of war, which was eventually passed in 1949 as the Geneva Conventions, which set out to protect combatants, prisoners and non-combatants in conflict. Additional protocols in 1977 stipulated protection of civilians in international and internal conflict. Ambiguity has grown over what constitutes a war and what is a criminal attack, over who is a party to conflict and who is a civilian. IRIN asked humanitarian and legal experts how conflict has changed in the 21st century and whether the Geneva Conventions and the additional protocols still hold when it comes to protecting civilians in conflict. How has conflict changed in the 21st century?

Mary Kaldor is a professor and director of the Centre for the Study of Global Governance at the London School of Economics and Political Science. Her books include The Imaginary War (1990), New and Old Wars: Organized Violence in a Global Era (1999) and Global Civil Society: An Answer to War (2003).

The battle of Solferino was very different from contemporary conflict – warring parties then tended to be armies that attacked each other and the main parties to conflict were states. Now the main violence is committed against civilians. Now wars are sometimes not even declared to be wars, so people could argue the Geneva Conventions do not necessarily even apply. We see a mixture of organized crime, wars and human rights violations – the Sierra Leone conflict being a typical example of that. In current counter-insurgency wars in Iraq or Afghanistan, the United States has said it cannot distinguish between combatants and civilians.

Knut Doermann is a legal adviser at the Legal Division of the International Committee of the Red Cross headquarters in Geneva and is author of Elements of War Crimes under the Rome Statute of the International Criminal Court.

Perhaps it is true to say that the complexity of situations has increased today. When you have non-state armed groups splintering into different groups for instance, how do you interact with each of them? Do they have sufficient knowledge of the law? Distinction [between a civilian and a party to the conflict as outlined in Additional Protocol 1 in 1977] is increasingly complex. Civilians lose their protection when they take direct part in hostilities, but what does this mean? Between giving food to a soldier and killing a soldier there is a vast grey zone.

Hugo Slim is a humanitarian scholar and visiting fellow at the Institute of Ethics, Law and Armed Conflict at Oxford University and author of the 2008 book, Killing Civilians: Method, Madness and Morality in War.

People have been hurting each other in war in much the same way for thousands of years. As technology changes we will need to continue to adopt new conventions and protocols on new weaponry. This is already the case as we can see with the new cluster munitions treaty [passed in December 2008], the 1997 international treaty to ban landmines and the 1997 chemical weapons convention.

Do the Geneva Conventions and protocols go far enough to protect civilians in conflict, or does the 21st century need something different?

Knut Doermann: The Geneva Conventions are an indispensable tool to protect civilians in international conflict. Their great benefit is that they are universally ratified and so recognized by all. Their core provisions – such as the obligation not to attack civilians – are undisputed, even for non-state parties. When the additional protocols were negotiated in 1977 it was against a backdrop of guerrilla warfare which by its nature involves intermingling with the civilian population, so this is not new. What is more challenging is respect for the conventions. Too often you see lack of political will [or] lack of knowledge or training to respect the rules. International tribunals can create a deterrent effect and bring perpetrators to justice, but states must first meet their obligations. International scrutiny of conduct in an armed conflict situation is an important aspect with a view of improving compliance with international humanitarian law. In order to be effective and credible, such scrutiny must not be – or be perceived as being – selective. The principle of distinction may require more clarity. To try to clarify the grey zone, the ICRC has put out guidance on what it means to take direct part in hostilities. And we worked with 17 states to develop the 2008 Montreux document which describes international law as it applies to the activities of private military and security companies.

Mary Kaldor: The last thing we want to do is throw away international humanitarian law (IHL), but it has to be complemented by international criminal and human rights law to capture some of the aspects that IHL cannot. For instance, you can argue that it is a military necessity to kill a civilian in war to bring about a greater good; but under human rights and domestic law the only justification for killing a civilian would be self-defence. Hugo Slim: The Geneva Conventions go far enough. The spectrum of violence has always been murky – the ICRC uses the terms “international conflict”, “internal conflict” and “internal disturbance” to qualify them – these should cover most murky areas. But we do need more clarity on the question of civilian ambiguity and what constitutes direct participation in conflict. This could require an additional protocol, or a new guidance note. The truth is, when the Geneva Conventions do not work it is not because people are trying to find a loophole in the law, but because they are rejecting values of distinction and proportionality.

Francoise Saulnier is legal director of Médecins Sans Frontières and has been framing the NGO’s legal responsibility in conflict for 18 years. She is author of The Practical Guide to Humanitarian Law.

Any criticisms [of] humanitarian law that derive from the war against terror are unfair. Asymmetrical conflicts – international and internal, guerrilla warfare and terrorism – have been a part of…conflict for centuries. These international conventions have already taken into account and arbitrated the various dilemmas experienced during decolonization wars and the civil wars that occurred after independence in many developing countries. As such, they tackle all forms of insurgency and counter-insurgency military operations.

Сокращение СНВ возможно, если США снимут озабоченности РФ

Сокращение наступательных вооружений возможно, только если США снимут российские озабоченности по развертыванию американских ПРО в Европе, говорится в заявлении президента РФ Дмитрия Медведева, распространенного в субботу его пресс-службой.

Президент РФ также отметил, что в новом договоре по стратегическим наступательным вооружениям (СНВ) с США должна быть четко зафиксирована взаимосвязь стратегических наступательных и оборонительных вооружений.

"Мы не можем согласиться с американскими планами по созданию глобальной ПРО, хотел бы подчеркнуть, что предлагаемые нами сокращения возможны только в том случае, если США снимут российские озабоченности. При любых обстоятельствах проблема взаимосвязи стратегических наступательных и оборонительных вооружений должна быть четко зафиксирована в договоре", - говорится в заявлении.

"Серьезную озабоченность вызывает перспектива оснащения СНВ неядерными боеголовками. Такие вооружения могут нанести ущерб стратегической стабильности", - подчеркивается в заявлении Медведева.

Президент также подтвердил принципиальную российскую позицию о том, что "важно сохранить положения (прежнего) договора о СНВ относительно размещения стратегических и наступательных вооружений исключительно на национальной территории".

Медведев отметил, что переговорщики обеих стран взяли хороший старт по разработке нового договора.

"Задача - выйти на новый договор к концу этого года", - отметил он, добавив, что срок действия нынешнего договора истекает 5 декабря 2009 года.

Договора был подписан в 1991 году и обязывал Москву и Вашингтон сократить стратегические ядерные силы с 10 тысяч боеголовок у каждой из сторон до 6 тысяч.

В 1993 году Россия и США подписали Договор СНВ-2, предусматривающий существенное сокращение межконтинентальных баллистических ракет и ядерных боеголовок. Но в 2002 году Российская Федерация вышла из него в ответ на отказ США от Договора 1972 года об ограничении систем противоракетной обороны 1972 года.

В 2002 году был подписан Договор о стратегических наступательных потенциалах (СНП), подразумевающий сокращение к 31 декабря 2012 года стратегических наступательных потенциалов СССР и США до 1700-2200 ядерных боезарядов.

На встрече в Лондоне 1 апреля 2009 года президенты России и США Дмитрий Медведев и Барак Обама договорились начать переговоры для заключения нового соглашения по СНВ. Решено, что стороны будут стремиться выйти на уровни сокращения СНВ, которые будут ниже, чем в Договоре о стратегических наступательных потенциалах (СНП). Президенты поручили представить первые результаты работы над новым договором к предстоящей в начале июля в Москве российско-американской встречи на высшем уровне.

К настоящему времени состоялись два раунда российско-американских переговоров по СНВ (19-20 мая - в Москве и 1-3 июня - в Женеве). Очередной, третий по счету раунд переговоров между Россией и США по выработке нового договора о сокращении наступательных вооружений (СНВ) пройдет 23-24 июня в Женеве.

22.06.2009

Права на данный материал принадлежат РИАНовости

США способны отразить более 90% ракет КНДР

Не более 10 из 100 северокорейских баллистических ракет могут поразить цели в США, Южной Корее или Японии, минуя нынешние средства противоракетной обороны.

Вице-председатель комитета начальников штабов американских вооруженных сил Джеймс Картрайт сообщил в конгрессе во вторник, что в течение пяти лет противоракетная оборона США "более чем на 90%" обеспечит защиту от баллистических ракет КНДР, передает из Вашингтона агентство Рейтер.

Но даже эти оценки не выдержали критики экспертов. Лизбет Гронланд из Кембриджа (Массачусетс) отвергла утверждения Картрайта как "безответственные и основанные на мечтательности", говорится в сообщении. В нем также приводится мнение бывшего сотрудника Пентагона Чарльза Маккуеари, который в декабре прошлого года в одном из докладов писал, что наземные средства обороны США "в настоящее время не поддерживают высокой степени надежности в своих ограниченных возможностях".

По оценкам американских экспертов, КНДР располагает по меньшей мере 800 баллистических ракет, из которых более 600 относятся к классу "Скад".

17.06.2009

Права на данный материал принадлежат РИАНовости

Россия выполнит решение ООН о санкциях по ВТС с КНДР

Россия выполнит решение ООН о введении санкций по военном-техническому сотрудничеству с Северной Кореей, заявил журналистам в среду в Ле-Бурже руководитель делегации "Рособоронэкспорта" Александр Михеев.

"С КНДР у нас сотрудничество не заморожено, но не находится в активной фазе. Но в любом случае Россия выполнит решение о наложении санкций по линии ВТС с КНДР", - сказал Михеев.

17.06.2009

Права на данный материал принадлежат РИАНовости

Лукашенко: вклад Минска в защиту оборонных интересов РФ не имеет цены

Вклад Белоруссии в защиту оборонных интересов России не имеет цены, заявил президент Белоруссии Александр Лукашенко в интервью крупным печатным российским СМИ, сообщили в пятницу в пресс-службе главы белорусского государства.

Он напомнил о военно-стратегическом значении Белоруссии для России. "Если уж говорить об обороне: неужели этот вектор вам, россиянам, не важен? При нынешней позиции Украины, Прибалтики и так далее? Ведь у вас это единственное "окно"... Тысячи километров. Немало. Хотите вы или нет, вы будете контролировать все это пространство. Даже не ради войны, но чтобы знать, что происходит", - сказал Лукашенко.

Президент Белоруссии указал, что белорусская армия, ПВО функционируют, в том числе, и в интересах России.

"Вы что, считаете, что это забесплатно должно быть? Вы что, считаете, что 10 миллионов человек (приблизительная численность населения Белоруссии), которые сегодня стоят щитом перед Москвой, - это что, бесплатно? Это не имеет цены", - заявил Лукашенко.

Он связал эту проблематику с выделением Россией кредита Белоруссии и вновь выразил неудовольствие его условиями. "Вы (Россия) мне 2 миллиарда дали под бешеный процент, что МВФ в три раза выгоднее кредит дал!", - сказал Лукашенко.

Ранее российская сторона выделила Минску кредит в 2 миллиарда долларов, половина этих средств в рамках первого транша еще в ноябре 2008 года оказалась в распоряжении белорусских властей. Этот государственный кредит Россией предоставлен Белоруссии на 15 лет по ставке Libor плюс 3% годовых с отсрочкой погашения основного долга на пять лет.

Касаясь вопрос о создании совместной белорусско-российской ПВО, президент Белоруссии отметил, что фактически не считал его подписание принципиальным.

"Да, подписали мы этот договор... Нас предупредили американцы и европейцы: ПВО - вопрос номер один наших отношений с Беларусью. Я тогда открою секрет, говорю руководителям России: "Слушайте, зачем будоражить? Ведь фактически противовоздушная оборона сегодня работает в интересах России. Вся информация в реальном времени поступает в российскую столицу. Зачем еще тут какой-то договор и прочее?", - сказал он.

"Но я пообещал, я пообещал в свое время, говорю: "Ладно, раз уж это так надо, подпишем". Подписали. Правда, европейцы и американцы как-то переживали это", - сообщил Лукашенко.

"И даже после этого МВФ выделил нам 2 миллиарда кредита", - напомнил президент Белоруссии.

Россия и Белоруссия 4 февраля текущего года заключили соглашение о совместной охране внешней границы Союзного государства в воздушном пространстве и создании Единой региональной системы противовоздушной обороны.

05.06.2009

Права на данный материал принадлежат РИА Новости

Мировые державы поставили рекорд по затратам на вооружение

Затраты стран мира на вооружение в 2008 году побили очередной рекорд, достигнув 1,464 триллиона долларов или 2,4 процента от глобального валового внутреннего продукта. Это примерно по 217 долларов на каждого жителя земли. Данный показатель на 45 процентов больше, чем десять лет назад. По сравнению с 2007 годом, расходы возросли на 4 процента.

Такие выводы, как сообщает Agence France-Presse, содержатся в исследовании, обнародованном Стокгольмским международным институтом исследований мира (Stockholm International Peace Research Institute, SIPRI). По мнению шведских аналитиков, основными факторами, повлиявшими на рост глобальных оборонных расходов, стали война в Ираке, возвращение России на глобальную мировую арену, а также рост мощи Китая.

Как отметил главный автор доклада Сэм Перло-Фримэн (Sam Perlo-Freeman), идея "войны с терроризмом" позволила некоторым странам оправдать перспективы милитаризации. В частности, войны в Ираке и Афганистане обошлись только США в сумму около 903 миллиарда долларов. По сравнению с 1999 годом, военные расходы этой страны возросли на 67 процентов, составив около 607 миллиардов долларов.

Вашингтон, по мнению исследователей, сегодня тратит на военные нужды больше всего средств, занимая на этом рынке 42 процента от общих расходов. При этом соответствующие суммарные затраты 14 других государств, которым SIPRI отводит первые позиции, меньше, чем у США.

Китай, как отмечают эксперты, в 2008 года занял второе место по оборонным расходам, фактически утроив эту статью затрат за последние десять лет. Как предполагает SIPRI, Пекин израсходовал на эти цели около 84,9 миллиардов долларов или 6 процентов от глобальных затрат. По этому показателю китайцы обошли Францию и Великобританию, которым принадлежит по 4,5 процента. Россия, которая значительно снизила оборонные расходы после окончания "холодной войны", в 2008 году вернулась на пятое место.

Вместе с тем, как отмечается в докладе, только два государства из пятнадцати лидеров мирового рынка вооружений в прошлом году снизили свои оборонные расходы. Это Германия и Япония, затраты которых уменьшились на 11 и 1,7 процента соответственно.

Тройку лидеров мировых оборонных корпораций в 2008 году, по данным SIPRI, возглавила американская компания Boeing. Следом за ней идут британская BAE Systems и американская Lockheed Martin. При этом одной из главных статей доходов производителей стала бронетехника, требующаяся в Ираке и Афганистане.

08.06.2009

Права на данный материал принадлежат Lenta.ru

Система ПРО Москвы остается на достаточно высоком уровне

Бывший главком ВВС России генерал армии Петр Дейнекин считает состояние противоракетной обороны (ПРО) Москвы отвечающим предъявляемым требованиям - такое мнение он высказал во вторник в беседе с РИА Новости.

Ранее бывший главком ВВС генерал армии Анатолий Корнуков, который в 90-е годы руководил войсками Московского округа противовоздушной обороны, заявил, что система ПРО Москвы устарела и не способна выполнить задачи по предназначению.

"Хотя генерал Корнуков и является крупным специалистов по проблематике противовоздушной и противоракетной обороны, я не считаю, что ее состояние плачевное", - сказал Дейнекин. "Я надеюсь, что вопросам ПРО нашей столицы руководство Минобороны России и ВВС уделяет достойное внимание", - отметил он.

В то же время президент Академии геополитических проблем - бывший начальник главного управления международного военного сотрудничества Генштаба ВС РФ Леонид Ивашов считает, что система ПРО Москвы не обновлялась уже на протяжении 20 лет, а вооружение, входящее в эту систему уже выработало свой ресурс.

"Данную проблему надо решать кардинально - или развивать ПРО, вкладывая в нее огромные деньги, или просто перенести столицу России на восток страны", - считает Ивашов.

16.06.2009

Права на данный материал принадлежат РИАНовости

ШОС намерена продолжать совместные антитеррористические учения

Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) намерена продолжить проведение совместных учений в антитеррористической сфере, говорится в принятом по итогам встречи лидеров организации во вторник в Екатеринбурге совместном коммюнике.

"По итогам состоявшегося 17-19 апреля 2009 года на территории Республики Таджикистан совместного командно-штабного антитеррористического учения государств-членов ШОС - "Норак-Антитеррор - 2009" признано целесообразным продолжить практику регулярного проведения совместных антитеррористических учений", - отмечается в документе.

В учениях, которые прошли на полигоне Фахрабад в 30 километрах южнее Душанбе, приняли участие более тысячи военнослужащих Минобороны, МВД, Национальной гвардии, Комитета по чрезвычайным ситуациям Таджикистана, а также подразделения спецслужб и силовых структур Казахстана, Киргизии и России.

По мнению глав государств ШОС, "в условиях мирового финансового кризиса обеспечение безопасности и поддержание стабильности на пространстве ШОС приобретают первостепенное значение".

В этой связи лидеры поставили задачу повышать уровень координации сотрудничества государств-членов ШОС в борьбе с терроризмом и другими угрозами в сфере безопасности.
"Центральная роль в этом должна принадлежать РАТС (Региональной антитеррористической структуре) ШОС", - говорится в коммюнике.

"С учетом обмена мнениями на встрече руководителей компетентных органов государств-членов, наделенных полномочиями по борьбе с незаконным оборотом наркотиков (в Москве 19 мая 2009 года), дано поручение к следующему заседанию Совета глав государств ШОС представить согласованные предложения о механизмах антинаркотического сотрудничества в рамках Организации", - отмечается в документе.

Лидеры ШОС также отметили важность реализации плана мероприятий по взаимодействию при помощи в чрезвычайных ситуациях в рамках ШОС на 2009-2010 годы, который был утвержден в июне в Актау в Казахстане на четвертом Совещании руководителей ведомств государств-членов ШОС, занимающихся вопросами предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций.

16.06.2009

Права на данный материал принадлежат РИАНовости